Jump to content
Sign in to follow this  
Линна

Failoтека. Посиделки у камина.

Recommended Posts

Да, помолимся

Share this post


Link to post
Share on other sites

Журналист недавно нашел старое пособие для советских шпионов и сшил себе красивый наряд, дав ему характерное название, - "Дед Мороз Костюм Шпионский". Таким образом он смог пробраться к важным персонам и выяснить, кто как будет провожать нынешний угловатый год.

Журналист: Кто тут у нас?

Берни Экклстоун: Берни Экклстоун!

Журналист: Неправильно! Здесь Журналист! Останешься без подарка!

Журналист: Ну как оно?

Росс Браун: Тссс... Выпей водки да закуси этими французскими булочками.

Журналист: Ох... Но как вы словили в этом озере на севере Великобритании морского конька?

Росс Браун: Немного изобретательности и никакого мошенничества.

Журналист: Возьмите тогда пачку лапши!

Журналист: Я сначала искал вас на Мадагаскаре, но нашел вас только в вашем доме. Что вы пожелаете мне в этом году?

Кими Райкконен: Надеюсь, вы будете в следующий раз брать у меня интервью с журналисткой!

Журналист: И всему человечеству?

Кими Райкконен: Чтоб все были счастливы... И еще хочу поцеловать Дашку в щечку.

Журналист: Держите татушку-переводку с красной лошадкой!

Журналист: Вы задумчивы...

Дженсон Баттон: Да уж... Снега душа жаждет! Не хватает в этом году, чего таить. А ведь мы так ждали его, но не виноваты ли мы сами? Таковы были наши ожидания, а жизнь всегда непоколебима. И наша вина в том, что мы отожествили наши ожидания с одним из многих вариантов будущих событий...

Журналист: Мой воздушный поцелуй! Распишитесь в получении!

Share this post


Link to post
Share on other sites

Всех постоянных обитателей и гостей, а самое главное замечательную хозяйку Фейлотеки с праздником!

Пусть радуют вас родные и близкие, пусть много радости принесет 2014 год, а в Ф1 будет интересный сезон!

Без Фейлов и так понятно,что не обойдется. :)

С Новым годом!

Share this post


Link to post
Share on other sites

Как бы не было тревожно за Михаэля, хочу поздравить всех вас, друзья по перу и читателей, конечно (куда мы без вас), с Наступающим Новым Годом! Надеюсь он будет немножко счастливее для всех!

Желаю здоровья вам и вашим близким! Остальное в наших руках...

Михаэлю желаю побольше жизненных сил, чтобы вернуться к нам ко всем здоровым и активным!

Share this post


Link to post
Share on other sites

Всех с наступающим Новым годом! Здоровья, счастья, любви, успехов!!!!! :fir-tree: :ph34r_1: :holiday:

Share this post


Link to post
Share on other sites

С наступающим 2014 годом!

Пусть он будет творческим, вдохновляющим и весёлым!

А всем нам - здоровья, душевного покоя, любви, удачи, всех благ!

Год наступает новый, Лошадиный год... :bigwink:

%D0%9F%D0%95%D0%93%D0%90%D0%A1.jpg

Edited by Bugeisha

Share this post


Link to post
Share on other sites

Поздравляю всех

3183a3df122c.gif

здоровья, и очень нужен волшебный порошок...очень...для Него...

Share this post


Link to post
Share on other sites

novyygod2014-11.jpg

Дорогие друзья!
smile365.gif

:ph34r_1: Вот и прошел еще один год в Failотеке - уже третий в ее истории... Тихо уполз по-змеиному, заслышав бодрый цокот копыт....

Каким же он был для нас, этот год?

Естественно, для всех разный. Весело отплясывали болельщики Себастьяна, на что-то там надеялись фаны Фернандо, Кими и Льюиса, фаны МакЛарен и Дженсона, с тоской в сердце, пытались надеяться хотя бы на один подиум в сезоне.....

Всё это, конечно, нашло отражение и в творческой жизни нашей темы.

:) Тогда как первые с большим трудом и переменным успехом удерживались от сочинения хвалебных од своему кумиру, остальные пытались найти хоть что-то веселое в достаточно небольшом количестве гоночных фэйлов. Получалось не всегда и не у всех, но все очень старались.

В уходящем году появилось много новых имен - Robin, Klaus, zateya, elev, ОБС, igMac, El Chupacabra, Alenushka, Bugeisha, Stepanych, Carlsson, jupp, bonum.... Не все из них задержались здесь, но каждый внес свой вклад в нашу творческую жизнь и радовал нас своими произведениями так же, как и авторы заслуженные и любимые, такие как Arianna_AL, Аринель, DChobit,DieZeL, dwiglo, ЕВГА, EQUIP, инком,GEORGGII, Goos, Koshmarik,Lutrix, meganavt, Orloff, Rock, Ron, Sandro, SERB, shed, Сергей Владимирович, Stereoflora....

Благодарю всех посетителей Failотеки и постоянных авторов и читателей и иногда заглядывающих, и незарегистрированных гостей. Все вы такие разные и порой непредсказуемые, из-за чего творческая жизнь темы становится интереснее.

Для многих из нас Failотека стала уже частью жизни, местом, куда интересно приходить, где можно найти понимание друзей и признание своих талантов. :)

smile361.gif

:hello:Поздравляю всех с наступающим 2014 годом! :fir-tree:

Желаю здоровья Вам и Вашим близким, успеха, любви и счастья!

i-2638.gif

Share this post


Link to post
Share on other sites

C Новым-то годом, а кроме этого есть ещё кое-что :holiday:

Share this post


Link to post
Share on other sites

C Новым-то годом, а кроме этого есть ещё кое-что :holiday:

:blink: Нуу, Катюша... неужели ты думала, что мы забудем про твой день рождения?! :D Новогодней ночью поздравляют с Новым годом, а днем можно и с ДР!

:) Катя, поздравляем тебя с Днем Рождения! Может быть, в том, что он у тебя совпадает с началом нового года есть большой смысл. Пусть все тревоги и несчастье, коими был отмечен для тебя прошедший год, в нем же и останутся, а впереди будут любовь и счастье, здоровье, прекрасная, интересная жизнь! :sun:

Мы все любим тебя, мы переживали, когда у тебя не всё получалось, радовались, когда ты, благодаря большому трудолюбию, фантазии, упорству, целеустремленности, достигла творческих успехов в Failотеке. :)

tumblr_inline_mja0ggVSq51r6g91g.gif--

--

9164194.jpg---aPgDx.gif

Это наш скромный подарочек!
)))
2712025-227240cc15270528.gif-----

Share this post


Link to post
Share on other sites

С Днем варенья!!!post-52881-0-79174100-1388569657_thumb.j

post-52881-0-79174100-1388569657_thumb.j

Share this post


Link to post
Share on other sites

С Новым Годом всех старых и новых обитателей Фейлотеки! :)

Катюшу до кучи и с Днём Рождения! :)

Живите! Творите! Радуйте! :)

Share this post


Link to post
Share on other sites

Катенька! С Днём Рождения!

Пусть всё в твоей жизни будет замечательным!

62264456_1---.jpg1urb8slaxa.jpg

Share this post


Link to post
Share on other sites

Катенька! С Днем рождения! Пусть этот год будет ярким и счастливым , с кучей приятных хлопот и совсем , совсем ни одной минутки не останется на печаль и скуку! :) :cake: :friends:

А гонка в твоем родном городе будет самой интересной и запоминающейся в сезоне.

И ,надеюсь, те из нас, кто там окажутся сумеют поздраить тебя лично!(пусть и с небольшим опозданием) :D А пока поздравляем здесь. :)

Share this post


Link to post
Share on other sites

КАТЯ! С Днем Рождения!!!! Здоровья, любви и удачи!

3689120-fd5da8f823df6ffc.gif

Share this post


Link to post
Share on other sites

С Днем Рождения, Катя!

Пусть у тебя все будет хорошо!

Vqsr7WML1N.jpg

Share this post


Link to post
Share on other sites

Я не в курсе, было это здесь или нет, но точно ДОЛЖНО быть!!! Все восхищения автору

Тормоз как сочувствие. (Пьеса)

АКТ I

(Пропатчен до версии 1.1.2. Размер холодильника уменьшен с огромного до большого.)

Утро перед стартом Гран-При. Боксы Red Bull Racing.

В центре сцены на стуле, положив руки на колени, неподвижно сидит Голодная Хайди. В стороне от неё стоит большой фирменный холодильник Red Bull.

Появляется Ньюи. Он подходит к холодильнику и задумчиво осматривает его содержимое. С явной неохотой, колеблясь, достаёт банку с фирменным напитком и даже пытается её открыть, но его лицо сводит неконтролируемой судорогой отвращения. Пробует ещё раз, опять судорога. Поморщившись, Ньюи ставит банку обратно, встаёт на колени, и, засунув руку почти по плечо в район нижней полки, долго роется где-то в самой глубине холодильника, пытаясь что-то нащупать. Наконец, замерзший, но довольный вытаскивает на свет запотевшую бутылку пива. Ободрённо встряхивается, чтобы согреться, срывает с неё крышку и уже собирается отхлебнуть, но в этот момент из одной кулисы в другую, увлечённо беседуя, проходят двое механиков команды. Ньюи быстро прячет за себя бутылку и начинает вдумчиво, с неподдельным интересом рассматривать Голодную Хайди. Механики приветствуют Ньюи. Он, не отвлекаясь, сосредоточенно кивает им в ответ, всем своим видом демонстрируя высшую степень занятости. Механики уходят. Не поднимая головы, Ньюи провожает их взглядом, и как только они скрываются из виду, снова пытается отпить из бутылки. В последний момент спохватывается и с опаской озирается по сторонам. Массируя лоб, в раздумье, смотрит на бутылку, и наконец, после недолгих размышлений поднимает вверх палец, и сигнализируя тем самым, что спасительная идея найдена, направляется к холодильнику. Достаёт из него маленькую банку газировки. Оценивающе взвесив в руках пиво и газировку ставит газировку обратно и достаёт банку побольше. Сочтя большую банку RedBull вполне подходящей для своей цели, Ньюи убирает пиво в холодильник и с банкой газировки идёт к Голодной Хайди. Открыв на ходу банку, Ньюи начинает не спеша, очень аккуратно, выливать напиток на Голодную Хайди.

Входит Феттель.

ФЕТТЕЛЬ: (возмущённо) Эдриан, что вы делаете?!! Перестаньте немедленно!!!

НЬЮИ: (продолжая поливать Голодную Хайди газировкой) (спокойно, рассеяно) Видишь ли, Сэб, с детства моим кумиром был Сергей Павлович Королёв. Гениальный русский учёный, конструктор ракетно-космической техники, основоположник практической космонавтики…

Так вот, перед стартом, он мочился на каждую построенную им ракету. И других заставлял…

ФЕТТЕЛЬ: Но не в кокпит же!!!

НЬЮИ: Не, ну может и не в кокпит. Но… в кокпит оно, конечно, надёжнее. Это я тебе как инженер-аэродинамик говорю.

ФЕТТЕЛЬ: (закипая) Эдриан, я на вас жаловаться буду!

НЬЮИ: (безразлично) Иди, жалуйся. Всем расскажи.

ФЕТТЕЛЬ: И пойду. (направляется к выходу) И Кристиану пожалуюсь и Дитриху пожалуюсь. И Дитриху может даже служебную напишу!

НЬЮИ: Стой, Сэб, погоди!

ФЕТТЕЛЬ: (оборачивается) Да?

НЬЮИ: Тебе всё равно мимо холодильника… Ещё баночку не подкинешь? Ну, подкинь, что тебе жалко, что ли?

ФЕТТЕЛЬ: П-ф-фф-ф!!! (Феттель не может подобрать слова, чтобы ответить, всплёскивает руками, уходит)

НЬЮИ: (вытряхивая остатки газировки на Голодную Хайди) Кристиану он пожалуется, Дитриху он пожалуется…

И когда они уже от титьки то его отлучат?

Занавес.

АКТ II (Много букв. Много тоски.)

(Пропатчен до версии 1.2.1. Урезан монолог Голодной Хайди. Добавлено второе появление Ньюи.)

Сцена погружена во тьму. Видны только действующие лица.

На переднем плане, боком к зрительному залу, обхватив колени руками, сидит Голодная Хайди. Появляется Ньюи. В одной руке у него бутылка виски, другой он волочит за собой огромный пожарный топор. Ньюи ощутимо пьян. Заплетаясь, он подходит к Голодной Хайди и, прислонив к ней пожарный инвентарь, плюхается рядом.

Голодная Хайди и Ньюи сидят, соприкасаясь спинами. Они говорят в пустоту, не замечая друг друга.

На заднем плане Феттель вальсирует с большим плюшевым утконосом.

НЬЮИ: Гениален ли я? Гениален. Что есть, то есть. Не поспоришь. Мастерство то, как говорится, не… (смотрит на бутылку и делает глоток) А почему я так гениален? Почему созданные мной машины так совершенны? Почему они так злоупотребляют прилагательными? Не-не-не… Почему они так недосягаемо притягательны? Не-не-не… Почему они так недосягаемы? Во-о-от. (прикладывается к бутылке) За что Бог посылает мне это? Или это Дьявол играет со мной...

ГОЛОДНАЯ ХАЙДИ: Ради чего я живу? Зачем?! Зачем снова и снова, почувствовав колёсами эту грубую шершавую кожу асфальта, я выкладываюсь по полной! Восемьдесят процентов успеха в Гран-При – это моя и только моя работа. Конечно, я самый совершенный болид в пелотоне и мой аэродинамический пакет на порядок эффективней, жалких обвесов моих соперников. Но всё равно, любая гонка – это адский труд на грани и за гранью. И каждый раз, скользя днищем в считанных миллиметрах от трассы, я оставляю за собой не только километры дистанции – я оставляю свой ресурс, свою жизнь. И что? Что я получаю взамен, убивая себя за его победы, сделав всё, что бы он был счастлив? Поглаживание по дуге безопасности?!

Через несколько гонок меня заменит новое шасси, и он даже не вспомнит... Не вспомнит про меня. Не вспомнит про нас.

В темноте, в метре над Фетеллем, начинает медленно высветляться лунный серп. Феттель завороженно смотрит на него, потом отбрасывает плюшевого утконоса в сторону и пытается допрыгнуть до лунного края. У него ничего не выходит.

НЬЮИ: Почему остальные конструкторы так бесталанны? Почему их инженерная мысль не взлетает как птица? Почему никто из этих бездарностей не может превзойти мои творения? (прикладывается к бутылке) Я бы давно уже бросил к чертям эту Формулу! Купил себе дом на берегу океана и строил яхты!

Ньюи встаёт, и пытается замахнуться топором на Голодную Хайди. Голодная Хайди никак не реагирует. Ньюи замечает Феттеля и останавливается. Делает движение, словно протирая перед собой запотевшее стекло, пытаясь понять реально ли то, что он видит.

С сомнением, как будто принимая решение, Ньюи некоторое время смотрит на Феттеля, потом на топор, потом снова на Феттеля. Наконец машет на него рукой, сплёвывает и, пошатываясь вместе с топором, уходит.

Феттель приволакивает отброшенного утконоса обратно и, используя его как подставку или трамплин, пытается допрыгнуть до лунного серпа. У него ничего не выходит.

ГОЛОДНАЯ ХАЙДИ: (встаёт, обращается к зрительному залу) Что вы знаете о чувствах? О настоящих чувствах?! Об отношениях машины и гонщика?!

Думаете, мы просто бездушные тележки из стали и композитов?! Думаете, по медным нервам наших проводов бежит только пустое мёртвое электричество?!

Вы, погрязшие в своих мещанских зацикленных жизнях, вы когда-нибудь пытались представить, что чувствуют гоночные болиды? Да-да, те самые классные разноцветные тачки, остервенело рвущие пространство на потеху жующей толпе. Безжалостно вспарывающие трибунный гул оглушающим рёвом и в тоже время с такой бережной нежностью несущие в себе своих пилотов…

Как свои души, храня их жизни. Окружив, защитив их карбоновой скорлупой монокока. Сберегая и пряча в себе их живущую хрупкость - самое дорогое, бесценное, что есть у нас в этом мире…

Вы не знаете ничего. И ничего не хотите знать…

А я чувствую каждое моргание его век, каждый удар его сердца. Ощущаю его слабенькие ножки, так трогательно бьющие по педалям. Может быть, то же самое испытывают женщины, вынашивая ребёнка…

Но каждый раз они отбирают его у меня. Эти жестокие люди…

Они же все так умны и серьёзны! В их белковых инженерных мозгах лишь стройные ряды цифр, таблицы, графики. Техника, техника, техника! Им всем наплевать, что созданная ими машина... может…

Они думают я лишь их инструмент. Взращённое их гением, безвольное оружие в войне времени и расстояний. Что я существую лишь для того, чтобы первой увидеть эту надоевшую клетчатую тряпку. Такую важную для них и такую бессмысленную для меня.

А дальше? Что меня ждёт дальше? Потом… После этих побед? Отставка? Разбор на части? Удушающий склеп грузового контейнера по дороге в заплесневелый мрак? В оптимизированную тесноту стеллажей и складских полок? Мучительный путь смертника, уже отвергнутого миром живых, но ещё не избавленного от лишений присущих телу. И там, под штрих-кодами и бирками инвентарных номеров, так похожих на медальоны павших солдат, в почётной немоте братской могилы отбыть свой нескончаемый срок невиновного узника, молящего лишь об одном – со всем покончить. Умереть, уснуть и видеть сны, что в этом смертном сне приснятся…

И когда-нибудь, наконец, после долгих ползущих лет, как награда за существование в застывшем параличе ненужности, как освобождение от пыльного забвения - списание в утиль. В выстраданную спасительную пустоту. В смерть. В бесконечное и чёрное, как новенькая покрышка, небытие…

Механики и инженеры. Они, так же как вы, считают меня лишь механизмом, мёртвой машиной, силой их разума построенной из холодных и неживых кусков…

Может быть они правы?

Жизнь, в которой не было не единого освящённого любовью дня, даже часа, минуты не имеет права называться жизнью. Такая жизнь лишь бестолковое толкание в общей очереди, ведущей от рождения к смерти… Но моя жизнь уже не прошла зря. Ведь я жива. Жива по-настоящему...

Но им никогда этого не понять.

Я не виню и прощаю их…

Прощаю их всех…

Голодная Хайди садится на сцену, обхватывает колени руками. Сосредоточенный на ней свет уходит. Голодную Хайди больше не видно.

На заднем плане, уставший прыгать Феттель, со злостью смотрит то в зал, то на лунный серп.

Луч прожектора, незаметный для Феттеля, выхватывает в темноте верхний край месяца, показывая, что серп подвешен на тросе. Луч скользит по длине этого троса, сначала поднимаясь вверх, до блока, через который перекинут трос, потом спускаясь вниз к точке крепления, к кулисе в которую ушёл Ньюи.

Из кулисы выходит Ньюи, одним ударом топора перерубает трос. Уходит.

Месяц срывается и падает Феттелю под ноги, разбиваясь на несколько крупных светящихся осколков. Феттель ворошит их носком ноги, и они постепенно гаснут. Феттель счастлив, он довольно показывает указательный палец то расколотому месяцу, то зрителям. Продолжая ковырять пальцем в чьём-то невидимом носу уходит.

В свете прожектора остаётся только растоптанный утконос и погасшие осколки луны.

Занавес.

АКТ III (Затянутый и безблагодатный.)

(Ограничение 16+. Персонажи используют бранную лексику и просторечные выражения)

После финиша Гран-При. Боксы Red Bull Racing.

Большой фирменный холодильник Red Bull наполовину пуст.

Посреди сцены стоит Ньюи. У него в руках папка-планшет и авторучка.

Входят два механика с победными кубками. Они небрежно закидывают кубки в холодильник и укатывают его. Ньюи что-то помечает в своей папке.

За сценой слышен неодобрительный гул и свист толпы. Звучит многоголосое протяжное «Буууу!», появляется Феттель. Он только что выиграл очередную гонку и очень доволен.

ФЕТТЕЛЬ: (возбуждённо, усиливая каждое слово характерным движением указательного пальца) Да!!! Да!!! Я победил! Я такой молодец! Я сделал фантастическую работу! (замечает Ньюи) О!

Направив на Ньюи указательные пальцы, изображая что-то вроде какого-нибудь бразильского танца, Феттель приближается к главному конструктору и начинает, пританцовывая, ходить вокруг него. В фазе, когда Феттель проходит перед Ньюи, Ньюи сопровождает его взглядом, слегка поворачивая голову.

ФЕТТЕЛЬ: Я та-кой мо-ло-дец! Я всех по-бе-дил! Я буду пя-ти-крат-ным! Я круче, чем Сен-на, круче, чем Шума-упсляля.

(вдруг серьёзно) Но вот какое дело…

НЬЮИ: (обрывая Феттеля, спокойно) Сэб, как ты думаешь, у машин есть душа?

ФЕТТЕЛЬ: (удивлённо) Душа?! У машин? (крутит у виска пальцем) ЛОЛШТО!

НЬЮИ: Э-э-э, лол что?

ФЕТТЕЛЬ: Вы, Эдриан, за кульманом, видать, перестояли, ластиками китайскими надышались. Какая ещё душа у машин? Автомобиль – это железяка. Металла кусок. Ёмкость для бензина и масла. Без водителя он не то, что никуда не поедет, даже с места не сдвинется. И гонки не ваши болиды выигрывают, а я. Потому что на педали нажимаю я, и руль тоже я кручу. А если не едет машина как надо, значит инженеров подбирать надо лучше. Телеметрию изучать и настройки менять. Вот так всё.

Это только в Феррари какой-нибудь душа у машин есть. Работать не умеют - лентяи, а косяки свалить на что-нибудь надо.

Душа у машин… Скажете тоже.

Кстати, я о новом шасси хотел поговорить как раз… Вы меня перебили.

НЬЮИ: Чего о нём говорить? Ты же гонки сам выигрываешь. Сам руль крутишь, сам на педали жмёшь. Зачем тебе новое шасси? Новое шасси мы, пожалуй, Марку отдадим. Он с 2010-го ещё просит…

ФЕТТЕЛЬ: Вам бы шутить всё. А вот мне Кристиан говорил…

НЬЮИ: (перебивая) А вот мне Кристиан говорил, что с нами всегда будет ездить механик подходящий мне в качестве донора почки и печени. И где этот механик?

ФЕТТЕЛЬ: Ну, я же серьёзно. Эдриан, вы же сами всё видели. Была бы гонка круга на четыре длиннее, Петров бы меня догнал и прошёл наверняка. И это хорошо ещё, что он на таком ведре ездит. А если Вилы прибавят к Сингапуру. Что мы будем делать?

НЬЮИ: Ладно. К Сингапуру у тебя будет новое шасси. Переднюю подвеску полностью обновим, заднюю…

ФЕТТЕЛЬ: Эндриан, отлично! Детали потом, в Милтон Кейнсе, расскажете. Пора мне уже - самолёт скоро. Ха! Заодно развлекусь, пока буду лететь – прозвище для новой тачки придумаю. Надо помудовее сочинить что-нибудь. Быдлу это нравится.

НЬЮИ: Погоди, Сэб. По поводу RB10/3, которая Хайди…

ФЕТТЕЛЬ: Да хрен с ней с Хайди, с Майди!.. Монцу отъезжу, и делайте с ней что хотите. Чего вы там с ними делаете: под пресс отправляете, в переплавку, на сувениры пилите? До фонаря мне! Мне, главное, новое шасси дайте. А то Петров как Монако выиграл, так никакого продыха от него нет.

НЬЮИ: Сэб, не суетись. Успеешь ты на свой самолёт.

(наклоняется к Феттелю, доверительно) Я никому не говорил, тебе как пилоту скажу. Мне кажется, RB10/3 не совсем обычная машина. Никогда в моей практике такого не было, никогда я так не относился к построенной мной технике, но есть в ней что-то… Что-то такое, чего в других нет… Не знаю что. Странная она какая-то. Как живая что ли…

ФЕТТЕЛЬ: Эдриан! Буддизм примите, если кажется!

НЬЮИ: Я говорю, может не будем её пока списывать, может Марку отдадим?

ФЕТТЕЛЬ: Да ну его в жопу, Марка этого! В прошлом году полсезона за мной тормозные диски донашивал и даже спасибо не сказал! А тут я объехал его в Малайзии, честно объехал, так он аж извёлся весь. Сволочь неблагодарная! Я лучше об отбойник на тренировке притрусь, чиркну слегка, а вы Марку скажете, что там трещина в монококе или ещё что. И списывайте её к чертям. Петрова Марк всё равно на ней не догонит, а очков у нас в кубке конструкторов и так достаточно.

Всё. Побежал я. Чмоки всем.

Феттель уходит. На сцене появляется один из механиков.

НЬЮИ: (щёлкает пальцами, делает жест, подзывая механика) Эй, ты, как там тебя?

МЕХАНИК №1: Меня?

НЬЮИ: Тебя! Сюда иди.

Механик подбегают к Ньюи. Коряво пытается встать навытяжку.

МЕХАНИКИ №1: Да, сэр.

НЬЮИ: В команде чем занимаешься?

МЕХАНИК №1: Ну, я это так. Много вообще чего… И по ситуации, полезного, например, много, стало быть, делаю я. Да… Вот.

НЬЮИ: Конкретно! Делаешь что?

МЕХАНИК №1: Ну, я это… Мою, например да. Полы мою.... Мою чисто… Да, дичайше чисто мою полы и стены я там… По технике немного ещё, например да… Вот гружу, ещё там, ну, по ситуации вот, холодильник, например да, гружу холодильник… Вот, да… Ещё что… Вот, когда колёса меняют, особенно да. Я заднюю правую, например, гайку да, прикручиваю. Иногда откручиваю, да, но это, по ситуации, конечно, да, например. Вот… Ещё что. Иногда Марку на болиде КЕРС включаю, отключаю, да. Но это тоже по ситуации всё, по приказу, чётко, да, вот.

НЬЮИ: Как ты в команду то попал, убогонький?

МЕХАНИК №1: Ну, я, например, да, резюме написал.

НЬЮИ: Сам написал?

МЕХАНИК №1: Сам? Не, ну, как сам? Сам да. У меня брат, в общем, забухал дичайше, например да, и на трое суток пропал, вот … Там ещё ворота моднейшие были, бежевые, например да…

НЬЮИ: (нетерпеливо) Опустим подробности. Группа крови у тебя какая?

МЕХАНИК №1: Группа? Третья, в общем-то… Положительная, например, да.

НЬЮИ: (делает пометки в папке) Это хорошо, что положительная. На почки, печень жалобы есть?

МЕХАНИК №1: Ну, в общем, то, да. На печень жалобы есть, например. Да, вот даже не столько, на печень или там почки, например да, это по ситуации - на газировку эту, на Red Bull, в основном, жалобы у меня да. Потому что газировка эта наша палённая – это чад кутежа и дичайший угар во мгле ада, например. Что мне как ревностному, например да, католику неприятно. Вот.

НЬЮИ: Понятно. Не подходишь ты. Вычёркиваю я тебя из списка… (что-то вычёркивает в папке)

Ты мне вот что лучше скажи. Как механик-католик. У машин есть душа?

МЕХАНИК №1: (немного подумав) Ну, в общем-то, понимаете, вы как конструктор, например да, с душой эту машину проектируете, механики её с душой, например да, собирают, и пилот её с душой как бы, например, пилотирует по ситуации. Вот. И каждый там, хотя, в общем-то, и по ситуации конечно, но часть своей, например да, души в неё вкладывает. Вот я так думаю, например да. Вот.

НЬЮИ: Вот какую-нибудь банальность, например да, я и без тебя мог придумать. Хотя и тоже по ситуации конечно.

МЕХАНИК №1: Но я вот чем мог, тем…

НЬЮИ: Ни чем ты не мог. Всё надоел. Пошёл вон. Пользы с тебя…

МЕХАНИК №1: Да, сэр! (поворачивается, чтобы уйти)

НЬЮИ: Хотя погоди. Фамилию свою назови? А то непонятно, как я тебя из списка вычеркнул, если фамилии твоей не знаю? И ещё я премии тебя за сентябрь лишу. Будешь думать в следующий раз, как банальность какую-нибудь начальству говорить. Я прав?

МЕХАНИК №1: Вы правы, сэр.

НЬЮИ: И как фамилия?

МЕХАНИК №1: Гильденстерн, сэр.

НЬЮИ: Дурацкая какая фамилия. Как она пишется то? (пытается записать, но передумав, протягивает механику папку и ручку) На лучше сам напиши, чтобы я не мучился.

Механик долго, очень тщательно, что-то выводит. Наконец Ньюи не выдерживает и отбирает у него папку.

НЬЮИ: Всё. Пошёл с глаз долой. Сам зайди в бухгалтерию, скажи, что я тебя премии лишил. Я всё равно забуду.

МЕХАНИК №1: Да, сэр! (уходит)

НЬЮИ: (бросает взгляд на написанное механиком) Меня окружают одни идиоты…

Полный паддок сплошных идиотов. И, что характерно, теперь обидится на меня, подлец. Злобу затаит. Будет шептать за спиной. Не понимает, что я только ради него и стараюсь.

Эх, мелкая душонка человечья. Пакостная, беспринципная…

Иной случай, скажем, ключ разводной. Железка холодная, безмозглая. А ведь, я могу его в грязь уронить, по батарее могу им целый день стучать, могу его на месяц под мойкой забыть и он никогда, никогда на меня не обидится. Не будет ни злиться, ни интриги плести, ни подлость какую-нибудь затевать – вот где сила. Вот где высота. Вот где полёт. Металл! Он не предаст, не подведёт. Он может только устать, состариться…

И любая вещь так, не то что людишки эти… Только и думают, как бы себе ещё урвать чего от убожества общего. Всё что не прибито стащить, а что прибито испортить. Одно у всех на уме - как бы себя любимого не обделить, не обидеть. Всего-то и забот на короткую жизнь, что побольше барахла себе натащить в норку. Уже не лезет, а всё тащат и тащат. Тащат и тащат. Никакого стремления к общему благу.

Толи дело, редуктор взять планетарный. Пока шестерни в масле, пока срок службы не вышел, всегда на него положиться можно. Он ни в отпуск не уйдёт, не запьёт, ни на больничный не попросится. И всегда на своём посту будет. И никак ты его с пути верного не собьёшь. Делает он себе своё дело и делает. Смотрю, не нарадуюсь.

С механизмом, ведь что главное? Если проект правильный, если на производстве всё соблюдается? Главное – чтобы уход был. Ты за ним ухаживаешь, как положено, он и работает, как положено. Казалось бы, полное взаимопонимание - что ещё надо? И только вот послушность эта бесчувственная, безответность вот эта его чугуниевая раздражает... Я на него не нарадуюсь, а ему и без разницы. Рядом я стою, не рядом, может я даже с каким другим механизмом в Крым на выходные уехал - всё ему не важно. Ни любви, ни ревности. Крутит валы и крутит. Гудит и греется, греется и гудит.

А с человеком ведь и поговорить можно, и выпить душевно, и поругаться, и даже на хрен послать. Человек на тебя обидится, а ты же добрый - ты его простишь, и так хорошо на душе сразу. И прямо слышишь, как птицы поют и цветы распускаются. А всё, потому что есть у меня душа, потому что человек я. А у машин нет души. Прав Себастьян. Нет души у машин. Нет, и не было никогда.

Ньюи кладёт ладонь правой руки на лоб и, мотая головой, проводит растопыренными пальцами по лицу, ото лба к подбородку.

НЬЮИ: Господи, какую чушь… Какую чушь я несу, когда трезвый...

Надо пойти, бахнуть что ли чего-нибудь.

Занавес.

АКТ V (Трагический финал.)

(Ограничение 16+. В тексте содержится бранная лексика, а также описание сцен насилия и психотравмирующих ситуаций.)

Четверг. Боксы Red Bull Racing. У большого фирменного холодильника Red Bull лужа воды.

В глубине, левее центра сцены, на стуле, неподвижно сидит Голодная Хайди. Её голова слегка запрокинута назад, глаза закрыты, на лоб наложена тряпка-компресс, руки покоятся на коленях. Рядом с ней стоит Механик №1.

На сцене находится ещё один свободный стул.

Появляется Ньюи.

НЬЮИ: (весело, бодро) Трудящимся привет!

МЕХАНИК №1: (грустно) Здравствуйте, сэр.

НЬЮИ: Не понял! Разгар рабочего дня и нет никого. Совсем страх потеряли! Сейчас Хорнер придёт, как выдрючит всех. Ну, заругается в смысле.

МЕХАНИК №1: Не заругается. (вздыхает)

НЬЮИ: Ещё как заругается... Заругается и премии всех лишит.

Тебе-то уже не страшно, а остальных лишит.

МЕХАНИК №1: Ну, мне то, да. Мне не страшно. (вздыхает)

НЬЮИ: Я не знаю чего-то? Случилось что?

МЕХАНИК №1: Не заводится. Вот… Она… (ещё грустнее) Совсем не заводится. То есть вообще.

НЬЮИ: Так заводите! В чём дело-то? Это ваша работа. Где остальные-то? Где по сборке главный?

МЕХАНИК №1: Ушёл главный. То есть да. Все. Совсем все ушли.

НЬЮИ: Как ушли? Куда ушли?!!!

МЕХАНИК №1: К Марку. На его половину. Совсем, да. Ушли. Все… Я остался.

НЬЮИ: А ты чего остался?

МЕХАНИК №1: Жалко её. Вот как-то. Неудобно вот. Так бросить её, например да. Нет. Ну. Не та ситуация… Вот. Да… И главный ещё сказал, что я им там, например да, что я, в общем-то, там, на фиг не нужен... И тут ещё замыть надо было… И…

НЬЮИ: Так! Стоп! С самого начала, с утра, подробно. Что случилось?

МЕХАНИК №1: Подробно да. Вот так. Да. С утра, я пришёл, например да, как всегда, по ситуации, рано. Начал мыть пол… Вот… Там пятна, да. Два. Два пятна и крыса валялась… Толстая вся…

НЬЮИ: Не так подробно.

МЕХАНИК №1: Не так, подробно... Ладно, тогда да. Все пришли, как обычно, например да, всё по инструкции, чётко. Разгрузились, да. Холодильник вот. Всё вкатили, начали собирать. Например да, собрали шасси, всё, завели, запустили, тестовый режим, все лампочки замигали, всё заработало. Обстановка рабочая. Все при деле. И вроде бы всё, например да, как обычно… Хорнер пришёл. Странный такой, в беспокойстве весь, например. Хорнер вот. Да. Пришёл…

НЬЮИ: Можно чуть поближе к делу…

МЕХАНИК №1: Поближе да. Можно поближе. К делу. Да. Вот. Хорнер да. Хорнер…

Так вот. Пришёл Хорнер, такой весь подавленный что ли, потерянный. Не ругался, нет. Я бы запомнил, например, если. Ничего не сказал. Прошёл тихо, да. Прошёл. Сел. Холодильник обнял, уткнулся в него и зарыдал. Например…

НЬЮИ: Чего?!

МЕХАНИК №1: Холодильник, значит, обнял. Да. Плачет. Горько так, например. Трясётся весь. Жалко его. Я подхожу. Говорю: как, чего? По-христиански, участливо, например да. А он отмахивается только. Мол, оставьте меня, мол, не трогайте и дальше рыдать.

НЬЮИ: А вы что?

МЕХАНИК №1: А мы что? Мы люди, например, маленькие. Начальству виднее, так то. Вот... Мы отстали. Он нам не мешает, мы его не трогаем. Охлаждение залили. Давление норма. Электронику гоняем по тестам. Всё по инструкции, чётко. Вот. А Хорнер, вдруг встал, как на нас посмотрел. Мы прям обмерли все. Вот…

НЬЮИ: И что?

МЕХАНИК №1: Да ничего, собственно. Вот. Мы на него смотрим, он на нас. Минуту смотрел наверно, а потом: «Всё. – говорит, – Всё ребята. Финита, например, комедия. Нет больше с нами Феттеля. Был Сэбка, да вышел весь.» Вот… Умер, вроде того, Себастьян наш. Такие дела, например. Рукой только махнул на нас и прочь вышел...

НЬЮИ: И…

МЕХАНИК №1: Ну и… Вот. Да. Хорнер ушёл, например, а мы… Мы вот. Что мы? Мы плечами пожали, ну кто чем, пожали по ситуации, и за работу. Дело то надо делать. Вот. Вдруг смотрим, на датчиках по нулям всё, лампочки, например, гаснут, одна за другой, давления в магистрали уходит, тока нет. Электроника, например, отрубилась вся. Ребята засуетились, полезли провода проверять, напряжения. Нет жизни. Полчаса возились - никакого эффекту. Бортовой, например да, компьютер, блоки управления - ничего. Даже не определяются.

Беда прям, беда…

Механик №1 вздыхает. Снимает со лба Голодной Хайди компресс, идёт к холодильнику Red Bull. Достаёт из него небольшой тазик с водой, полощет в нём компресс, отжимает.

Ньюи берёт Голодную Хайди за запястье, пытается прощупать пульс. Достаёт маленький фонарик, светит Голодной Хайди в глаза, проверяя реакцию зрачков на свет.

Ньюи невозмутим и спокоен. Его движения сухи и точны, как движения опытного врача.

Механик №1 возвращается к Голодной Хайди, кладёт компресс ей на лоб.

НЬЮИ: Боюсь, это уже не поможет.

МЕХАНИК №1: Совсем не поможет?

НЬЮИ: Мне жаль.

МЕХАНИК №1: Как несправедливо. А? Вот как так? Всего то и прошло, что семь гонок. Считай, не пожила совсем, да отмучилась. Почему самые светлые, самые чистые из нас, уходят так рано?

НЬЮИ: Это жизнь. Куда от неё денешься? Каждому свой срок, своя мера отмерена…

Хорошему человеку нельзя тут долго – портим мы их, или сами они среди нас портятся. Вот и забирает к себе Господь, что успеет. А нас грешных тут оставляет. Думает – покаемся ещё. Наивный…

Вот видишь, опять же, как мир устроен – меня он за такую банальность премии не лишит, а тебя лишил. Но нам ли смертным судить о путях Всевышнего?

МЕХАНИК №1: Истинно так...

Замолкают. После паузы оба одновременно вздыхают.

НЬЮИ: И что там дальше то?

МЕХАНИК №1: А что дальше? Что дальше, например. Вот. Возимся. Да, значит, полчаса, час, возимся – время идёт – ничего не происходит. Всё перепроверили – не работает. Опять перепроверили – не работает. Разобрали, собрали – не работает. Что делать. Не знает никто. Не было таких ситуаций. Всякие, например да, были, а вот такой никогда не было…

А по сборке, значит, главный, например да. Вдруг ноут закрыл, перчатки снял и говорит такой: «Всё, мужики! Бесполезно! Зря только время тратим. Всё равно в этот уикенд никто на ней не поедет. Пошли к Марку лучше. Хоть раз ему болид как надо соберём, по-человечески. Тем более без Феттеля мы мимо премии за квартал пролетаем. Так что теперь, только на Марка надежда.»

НЬЮИ: И что, все ушли?

МЕХАНИК №1: Всё? Ну, как все? Да. Все ушли… Я остался.

НЬЮИ: Да ты то… (машет рукой)

Некоторое время оба молчат. Ньюи упирает подбородок в кулак, думает. Механик поправляет компресс на лбу у Голодной Хайди. Вздыхает.

НЬЮИ: Погоди. Ты сказал, что Сэб умер?

МЕХАНИК №1: Я? Ну как я? Хорнер, да. Хорнер сказал. А что?

НЬЮИ: Да я у него полтинник, на прошлой неделе, перехватил. Думал, отдам с зарплаты…

Как знал, как знал…

Оба вздыхают. Молчат. Ньюи погружён в свои мысли. Механик скучает.

НЬЮИ: (вдруг, как будто спохватывается) А нет, болид тут! Болид тут! Хорошо не на трассе!

МЕХАНИК №1: Вспомнили что-то?

НЬЮИ: Да так, не важно. У меня на позапрошлой работе тоже случай был… Хотя там… да…

Не твоё, в общем, дело!

Вздыхают.

Входит механик №2. Он очень возбуждён, напуган. У него трясутся руки, речь сбивчива.

МЕХАНИК №2: Это ужас! Ужас! Это было так страшно. Там был ад! Просто ад! (садится на свободный стул, обхватывает голову руками, начинает качаться вперёд-назад.)

НЬЮИ: Ну, ну. Всё хорошо. Здесь все свои. Бояться нечего. Что случилось?

МЕХАНИК №2: Это ад! Просто ад. Я там был. Всё видел. Это как Вьетнам, только хуже. Я же не был там никогда, во Вьетнаме, а тут был... Это так страшно! Так страшно! Бедный Феттель. Бедный, бедный Феттель. Не дай Бог никому…

МЕХАНИК №1: (Ньюи) По-моему, у него шок, например.

НЬЮИ: (механику №1) Не мешай! Отойди вообще.

(брезгливо похлопывая механика №2 по спине, ласково) Ну, ну. Всё хорошо. Всё уже позади. Можно расслабиться. Дядя Эндриан тебя в обиду не даст. Рассказывай, что случилось.

МЕХАНИК №2: (успокаиваясь) День начинался так хорошо, так замечательно… А потом ад! Просто ад! Я до сих пор вижу их лица. Это было так страшно.

НЬЮИ: Ты в безопасности. Всё хорошо. Весь ужас уже позади. Продолжай. Давай. День начинался так хорошо…

МЕХАНИК №2: День начинался так хорошо. Светило солнце. Я, Себастьян, инженеры, ещё несколько ребят... Мы как обычно, в четверг... Мы пошли изучить трассу, пешком. Как обычно… Господи, мы были так молоды, так молоды…

НЬЮИ: Всё хорошо, хорошо. Продолжай.

МЕХАНИК №2: Мы прошли уже километра три или около того – это самый лесистый участок. И деревья ещё совсем зелёные и тихо так. И птицы поют. И такая благодать кругом, что Гийому сразу отлить приспичило. Ах, если бы не Гийом, если бы не Гийом. Если бы он не пил эту газировку, будь она проклята… (утыкается лицом в ладони)

НЬЮИ: (ободряюще) Ну, ну, ну…

МЕХАНИК №2: Пошёл Гийом отлить. Ну и мы все, за компанию. Но мы-то парни простые, встали к отбойнику и всего делов. А Сэб, он же четырёхкратный – ему же не солидно как всем, на отбойник. Он перелез и в чащу пошёл. В кусты какие-то.

Ждём, его ждём: пять минут – нет, десять минут – нет. И только слышим из леса: «Мууууууууууууу! Мууууууууууууууу!» Протяжное такое, недоброе. Брррр! Аж, кровь стынет. Ну, думаем, может живот прихватило у чемпиона, мало ли что бывает. Все же люди.

Минут сорок прошло – не вернулся Феттель. Гийом уже второй раз сходил, а Сэба всё нет и нет. А у нас тоже график. Делать нечего, пришлось за ним в лес идти.

МЕХАНИК №1: Вот вы да. Я бы не смог, например.

НЬЮИ: Молчи! Не мешай!

МЕХАНИК №2: Заходим в лес. Неглубоко совсем. Немного прошли, до опушки. Там дерево. Сосна вроде. Высокая. Ствол гладкий внизу. На ней Феттель. Как залез непонятно, но еле держится уже. Из последних сил держится.

А под ним корова стоит. Огромная такая, красная вся, вымя розовое, во взгляде сталь… Смотрит на Феттеля, задумчиво так, хвостом по бокам лупит, и вдруг как замычит: «Мууууууууууууууу!» У меня даже ноги подкосились, а Гийом, тот вообще, сразу в обморок грохнулся – это его и спасло потом. Он меньше всех пострадал…

МЕХАНИК №1: Гы… Корова.

НЬЮИ: Огромная красная? Это же красная бодливая вроде. Их же в дикой природе штук шесть осталось. И все в каком-то совхозе под Выборгом.

МЕХАНИК №2: Она самая. Тварь парнокопытная. Мне санитар, местный, в госпитале рассказал – они лето в России проводят. Там отелятся, а зимовать, сюда, в Италию, прутся. Мигрируют, то есть.

НЬЮИ: Читал я про них. Русские эту породу в конце войны вывели. Она немецкую речь на генетическом уровне не переносит – сразу бросается.

МЕХАНИК №2: Во-во. А мы дураки, Феттеля на дереве увидали, и давай угорать: чемпион, четырёхкратный, а коровы испугался; слезай герой; коров пасти – не самовозом рулить…

Бедный Феттель. Знать бы, чем всё закончится…

Дразнили его, дразнили – он и не выдержал. С сосны слез потихонечку. Корову обошёл осторожно и к нам. Мы уже думали всё – пронесло, уже уходить собрались, в чащу отступили, и тут Сэб взял, и попрощаться решил. С коровой. Попрощаться. Угу. До свидания говорит, корова. По-немецки…

Она и бросилась... (замолкает)

Это был ад! Просто ад! Мы все заорали, побежали! Кто куда! Спасаться! Я краем глаза видел, как она Сэба настигла и забодала. Господи, как она его забодала! Как это было страшно! Господи! Бедный Феттель! Бедный, бедный Феттель! (начинает рыдать, спрятав лицо в ладони)

НЬЮИ: (механику №1) Принеси ему водички попить. Столько пережил человек.

Механик №1 идёт к холодильнику, достаёт банку напитка Red Bul и возвращается к механику №2. Механик №2 машинально берет протянутую ему банку, но увидев красного быка, страшно пугается, тут же отбрасывает банку, падает со стула на пол, пытается отползти. Наконец замирает, зажимает голову между колен, обхватывает её руками и начинает раскачиваться вперёд-назад. Он уже не рыдает, просто тихо поскуливает.

НЬЮИ: (беззвучно показывает механику №1 кулак, стучит им себя по лбу)(приглушённо, чтобы не слышал механик №2) Ты совсем дурак?! Воды ему принеси! Обычной воды в обычном стакане!

МЕХАНИК №1: (испуганно) Несу, несу уже. (направляется к холодильнику)

НЬЮИ: Хотя нет. Погоди. Лучше водки ему налей. У меня там заначка есть, пошурши в холодильнике.

МЕХАНИК №1: (в сторону от Ньюи, бурчит себе под нос) Подозрительно много вы про коров знаете, сэр. Про красных бодливых.

НЬЮИ: Я всё слышу, между прочим. Ты, я смотрю, так привык без премии жить, что и до Рождества без неё протянешь? Или не будем экспериментировать?

МЕХАНИК №1: Не будем, сэр, не будем. (роется в глубине холодильника, достаёт водку, наливает полный стакан, приносит его механику №2, даёт отпить)

Механик №2 немного отпивает, забирает у механика №1 стакан, отпивает ещё, постепенно приходит в себя. Механик №1 помогает ему сесть обратно на стул.

НЬЮИ: Всё хорошо. Всё спокойно. Ты в безопасности. Всё уже позади.

Ньюи пытается забрать у механика №2 стакан, но тот так вцепился в него, что Ньюи быстро оставляет эти попытки.

МЕХАНИК №2: (отстранённо, глядя на стакан) Как она его бодала, как бодала...

Я никогда не забуду её рогов. Они были истинно, как рога Дьявола танцующего под кровавым дождём в свете бледной луны… Её многотонные копыта били в чавкающую осеннюю траву, как паровые молоты ада по истерзанной плоти грешников…

Боже, что нам пришлось пережить. Какую чашу ужаса мы испили. Какого страху натерпелись…

Слава Богу. Слава Богу. Господь услышал наши молитвы и послал нам спасение.

МЕХАНИК №1: Слава Богу! (крестится)

МЕХАНИК №2: Виталий Петров! Он как раз обходил трассу со своими инженерами и прибежал на наши крики. Мгновенно сориентировавшись, он схватил хворостину и отогнал адское животное.

Мы все жизнью ему обязаны. Вот кто герой.

НЬЮИ: Ну, кроме Феттеля… Да упокоит…

МЕХАНИК №2: Не-не-не, Сэб просто был без сознания – истекал кровью. Петров порвал на себе футболку, ту самую, с надписью «Williams или Смерть!» перевязал его раны. Взял Феттеля на руки и понёс его из леса к людям, к площадке медицинского вертолёта. Мы все были в шоковом состоянии, мы беспрекословно пошли за ним. Как за мессией. Мы знали, что только он сможет вывести нас из этого ада.

Мы выбрались на трассу, и пошли на юг.

НЬЮИ: Почему на юг? Площадка вроде на севере.

МЕХАНИК №2: Вот именно. Петрова же год не было в больших призах. Он не знал, что площадку медицинского вертолёта перенесли на два километра севернее. А мы были слишком шокированы и напуганы, чтобы что-то объяснить.

Мы послушно прошли за ним километр, и вышли на старую площадку. Пустую старую площадку, уже год как забытую людьми, завхозом и Господом. Естественно ни вертолёта, ни персонала там не было.

Целый час изнуряющей ходьбы, героического преодоления душевной боли, и всё лишь для того, чтобы вдвое отодвинуть своё спасение. Мы были на грани морально-физического истощения. Феттель истекал кровью…

(отпивает из стакана, его голос становится твёрже)

Выход из смертельной ловушки ускользал от нас, как упавший на пол кусок мыла, в тесной душевой, в тюрьме Синг-Синг, на строгом режиме. Конец туннеля уже не просматривался в бесконечной угольной тьме.

Наш кошмар продолжался…

Только Виталий не падал духом. Он встряхнул Гийома и заставил его вести нас к новой площадке…

(отпивает из стакана, недолго молчит, механик №1 подливает ему из бутылки)(голос механика №2 становится ещё жестче и увереннее)

Пройдя полтора километра обратно на север, мы уже еле стояли на ногах. И хотя каждый из нас был бойцом со стальной волей и композитными яйцами, последние силы покидали нас. Мы умоляли Петрова бросить нас там умирать, но он говорил, что россияне своих не бросают, и подгонял нас спасительными ободряющими пенделями. Превозмогая все трудности и лишения, таща на себе умирающего Себастьяна, Виталий ни на секунду не переставал бороться и вырывать нас из неумолимых лап смерти. Он был для нас больше чем нашим лидером, он был тем спасительным светом, той путеводной звездой, за которой мы готовы были идти куда угодно, столь долго сколько потребуется. Если бы не он, мы бы все остались лежать там, среди жёлтых листьев, на холодном асфальте Монцы…

(отпивает из стакана)

Мы шли и шли, шли и шли, шлиилши и ши… И всё равно шли. Наш небольшой, но уже закалённый в боях отряд снова миновал это жуткое место, тот гиблый участок трассы, где всё произошло. Казалось, что ужас уже никогда не уйдёт из наших пропахших порохом и простреленных навылет душ. Липкий парализующий страх сковывал наши движения, и последние капли надежды таяли в наших надорванных нескончаемой мукой сердцах. Даже святая вера в нашего командира уже начала оставлять самых слабых из нас…

Чтобы как-то придать себе сил и развеяться мы решили зайти в местную пиццерию перекусить.

МЕХАНИК №1: Да, я знаю это место. Там ещё неплохую пасту, например, готовят. С сыром и помидорками.

МЕХАНИК №2: Да, с сыром и помидорками... За помидорки! (отпивает из стакана)

Но у нас не было времени засиживаться и предаваться гурманству и гедонизму. Каждое мгновение жизнь по капле уходила из Себастьяна. Он был весь в грязи и крови. Петрова даже не пустили с ним внутрь, и Виталий так и остался стоять на улице, держа его на руках. (протягивает стакан механику №1, когда тот подливает ему ещё, отпивает, встаёт со стула и начинает ходить по сцене туда-сюда)

Мысли о погибающем товарище не отпускали нас, и кусок не лез в горло. Мы быстро расправились с пиццей и, подождав пока закончиться дождь, пошли дальше.

До точки эвакуации, до спасительной винтокрылой машины, оставалось всего полкилометра – самые длинные полкилометра в моей чёртовой бесполезной жизни…

Но когда мы подошли к новой площадке, нас ждало ещё одно разочарование – вертушки там не было… Не было! Не было, вашу мать, там никакой сранной вертушки!!! Они просто бросили нас там! Бросили подыхать! Как скот на заклание! Одних! Без пайка и патронов! В этих набитых узкоглазыми джунглях! Солдат своей страны, проливающих кровь…

НЬЮИ: (механику №1) Спецназу больше не подливать.

МЕХАНИК №2: (залпом допивает содержимое стакана, занюхивает рукавом, успокаивается) Всё оказалось просто. Кругом раздолбайство, всё продано, дураки – хуже предателей. Пилот, в новостях, по Евроспорту, увидел, как Петров несёт Феттеля на старую площадку, и перелетел туда…

(задумчиво вертит в руках пустой стакан)

Жизнь – сложная штука. Рано или поздно наступает момент, когда твои грехи догоняют тебя. В тот миг нам показалось, что само небо отвернулось от нас...

НЬЮИ: Вы сделали всё, что могли. Вам не в чем себя винить…

МЕХАНИК №2: Да, наверно… Мы сделали всё, что должны были сделать. Мы исполнили приказ, и на этом наше скорбное путешествие было законченно. Мы дотащили трёхсотого, и от нас уже ничего не зависело. Наш взвод опустил оружие. Мы смирились и стали ждать скорую.

Но Петров… Виталя... Да, я называл его Виталя... Виталя – он не такой как мы. Он никогда не сдаётся. На ладони поплевал только, Сэба перехватил поудобнее и обратно пошёл. Туда, через самое пекло. На старую площадку.

Надежда, та самая надежда, которая, казалась бы, уже оставила наше нутро, засияла в нас с новой силой. Глядя на упрямо удаляющуюся фигуру Виталия мы уже было поверили, что всё будет хорошо, но как только он скрылся из виду, мы услышали гул двигателей. В наши обгоревшие лица ударил ветер.

Этот долбанный вертолётчик никого не нашёл на старой площадке и решил вернуться!..

Это было как удар под дых, как нокаут, после которого уже нельзя подняться…

НЬЮИ: Сэб всегда был везунчик. Наверно это просто был не его день.

МЕХАНИК №2: Мы орали пилоту: «Лети на старую! Петров туда пошёл!» А он нам: «Всё, мужики. Смена кончилась. Сейчас сменщик придёт, он слетает.»

Пока пришёл сменщик, пока принял машину…

Тыловые крысы! Время, отпущенное Себастьяну, таяло, подобно кубику льда в стакане сранного виски в сранном Бейруте в сранный июльский полдень. Наконец он взлетел. Но как только вертушка скрылась за лесом, вернулся Петров…

Виталий сразу всё понял. Он ничего нам не сказал. Ни слова. Только сплюнул зло, Сэба на другое плечо перевалил и опять ушёл…

Всё было против нас. У Сэба не было не единого шанса…

Виталий – суровый мужик. Он никогда не отступит. Он ещё раза три, туда-сюда ходил, но так и не смог совпасть с вертолётом. Мы потом перехватили его, на скорой, когда в госпиталь ехали. Там до сих пор следы на асфальте, где Петров шёл. Кровь текла с Себастьяна ручьём, оставляя за собой кровавую линию. Целый, мать его, нотный стан получился. А в местах, где Виталий его с плеча на плечо переваливал, там лужи остались, огромные, как ноты прямо…

Я наиграю сейчас… (ищет в карманах, достаёт губную гармошку, пытается что-то выдуть, но получатся только какой-то жуткий фальшивый шум) Или лучше спою…

МЕХАНИК №1: Прими Господи душу раба…

МЕХАНИК №2: Не-не-не… (убирает гармошку) Не надо так вперёд забегать…

В госпитале нас уже Марк ждал. Он сразу предложил кровь сдать для Сэба. Сказал – сдаст сколько нужно и ещё людей приведёт. Хороший он человек.

НЬЮИ: Так что Феттель ещё жив, что ли был?

МЕХАНИК №2: Тяпун вам на язык! Почему был? Он и сейчас жив. Ну, в коме просто. Я к нему заходил. Смотрел на него… Досталось парню. Конкретно досталось. Лежит на вытяжке, весь загипсованный, голова замотана и только палец наружу торчит. Правый. Главный. К нему и приборы все подключены…

И столько страдания в этом пальце, столько тоски… (смотрит в свой пустой стакан, вздыхает) Ну да ладно.

НЬЮИ: Ну а врачи то, что говорят? Поправится?

МЕХАНИК №2: А чёрт его знает, что они говорят. Там же по-итальянски всё. Ничего не понятно.

Но он поправится. Обязательно поправится. Потому что он чемпион. Потому что он всегда побеждает. И сейчас победит. И когда он вернётся, мы ещё столько раз увидим его на подиуме, и он ещё столько раз обольет нас шампанским.

(механику №1) И даже тебя обольёт, ты же единственный из команды, кто ещё кубок получать не ходил. Ты, и та собака плешивая, которую мы в Венгрии подобрали. Хотя нет, она вроде ходила уже…

МЕХАНИК №1: Ну, она то, да. Я не ходил.

МЕХАНИК №2: Сходишь. Обязательно сходишь. Ну а Феттель выкарабкается. Я уверен. И будет жить. И проживёт ещё длинный-длинный ряд дней, долгих вечеров; будет терпеливо сносить все испытания, которые пошлёт ему судьба; будет трудиться для себя и других. И когда он вернётся в Гран-При, мы, милые друзья мои, мы увидим жизнь светлую, прекрасную, изящную, мы обрадуемся и на теперешние наши несчастья оглянемся с умилением, с улыбкой и всех победим. Я верую, друзья мои, я верую горячо, страстно...

Ньюи и механик № 1 встают по бокам от механика № 2 и все вместе смотрят куда-то вдаль. В какое-то уже такое близкое светлое будущее. И если механик №2 видит его вполне отчётливо, то механик №1 пытается всмотреться внимательнее.

МЕХАНИК №2: Мы выиграем ещё десятки титулов, сотни Гран-При, тысячи поул-позиций, миллионы лучших кругов. Мы услышим ангелов, мы увидим всё небо в алмазах… И наша жизнь станет тихою, нежною, сладкою, как ласка. Я верую, верую… (размазывает по щекам слёзы)

У Ньюи звонит телефон. Он достаёт трубку и отходит от механиков в сторону. Механики остаются стоять, обнявшись, глядя вдаль.

НЬЮИ: (говорит по телефону) Да, Марк. Слушаю... Ну. что там у вас… Хорошо… Хорошо, я думал хуже всё… Я понял, понял… Ладно Марк, спасибо тебе… Да, передай ему трубку.

Привет… Сам то живой?.. Ну отлично… Ты поправляйся давай… Да, слышал кое-что… Нет. мне не интересно в каких местах ты штаны порвал… Ладно, всё… Давай… Я заскочу к тебе вечером… Всё. Пока.

Ньюи убирает телефон, недобро смотрит на механиков.

НЬЮИ: (устало, спокойно, тоном, не допускающим возражений) Пошли вон, клоуны. Пош-ли вон!!!

Механики оборачиваются. Поняв, что Ньюи не шутит, начинают пятиться за кулисы.

НЬЮИ: (указывая на механика №1) Ты! Бутылку оставь.

Механик №1, опасливо глядя на Ньюи, медленно ставит бутылку на свободный стул. Возвращается к механику №2, и они оба, пятясь, скрываются в кулисах.

Ньюи провожает их взглядом. Дождавшись пока они исчезнут, подходит к Голодной Хайди.

НЬЮИ: (обращается к Голодной Хайди) Жив Себастьян. Жив.

(берёт её за запястье, пытается почувствовать пульс)

Хорошо всё с ним – Марк мне звонил. От грязи его отчистили, в больнице, обмыли… То есть помыли, томографом просветили – там только ушибов пара. Синяки, в основном, да царапины. Пустяки для гонщика, только йодом помазать… А штаны он, вообще, сам порвал – когда на дерево лез…

Ну! Просыпайся! Его завтра же выпишут. От бешенства проколют и выпишут… К Сингапуру будет как новенький! Ну!

И шасси у него другого не будет. Я обещаю. Слышишь? Скажу не готово. Придумаю что-нибудь. Я главный конструктор, я могу, я решаю такие вещи…

Ты слышишь? Живой он.

Слышишь?..

Ньюи осторожно опускает руку Голодной Хайди. Её рука безжизненна и послушна. Ньюи светит фонариком, проверяя реакцию зрачку на свет.

Медленно отступает. Пряча фонарик в карман, подходит к свободному стулу.

Берёт в руку бутылку водки. Смотрит на бутылку, делает движение, как будто хочет отпить из горла, но сразу же останавливается. Снова пытается и снова останавливается. Наконец со злостью бросает бутылкой в холодильник, разбивая её вдребезги. Быстрым шагом уходит.

Свет на сцене гаснет.

Занавес.

Share this post


Link to post
Share on other sites

Я не в курсе, было это здесь или нет, но точно ДОЛЖНО быть!!! Все восхищения автору

:rofl:

а на этом месте -"Там до сих пор следы на асфальте, где Петров шёл. Кровь текла с Себастьяна ручьём, оставляя за собой кровавую линию. Целый, мать его, нотный стан получился. А в местах, где Виталий его с плеча на плечо переваливал, там лужи остались, огромные, как ноты прямо…

Я наиграю сейчас… (ищет в карманах, достаёт губную гармошку, пытается что-то выдуть, но получатся только какой-то жуткий фальшивый шум) Или лучше спою..."

я прекратил читать минут на двадцать, по причине невозможности это делать сквозь хохот:)

Share this post


Link to post
Share on other sites

:rofl:

а на этом месте -"

Я то же несколько раз останавливался....рыдал))))

Как же я рад тебя видеть, Чертяка !!! :yahoo: :five:

Share this post


Link to post
Share on other sites

Я рыдала и плакала еще в Кафке...

Не хватило только душещипательной сцены встречи Себа и его Хайди, которую подогнали под окна больнички :)

И песни в стиле "Лебединая верность" в финале...

Тогда бы я просто утонула в слезах!!!

Edited by Alenushka

Share this post


Link to post
Share on other sites

Я больше всего люблю, когда подробности , мелкие деталюшки выписаны объемно и метко.

За" облезлую собаку, подобранную в Венгрии, которая уже тоже была на подиуме "- автор заслуживает всех Букеров, которые есть и предстоит придумать!

Share this post


Link to post
Share on other sites

Завтра утренней лошадью вилитаю в Италию. Пожелаю Виталию сказать: "Я не вилитаю больше!"

Share this post


Link to post
Share on other sites

Я больше всего люблю, когда подробности , мелкие деталюшки выписаны объемно и метко.

За" облезлую собаку, подобранную в Венгрии, которая уже тоже была на подиуме "- автор заслуживает всех Букеров, которые есть и предстоит придумать!

В точку!))

Я то же несколько раз останавливался....рыдал))))

Как же я рад тебя видеть, Чертяка !!! :yahoo: :five:

Не обольщайся. :) Я больше как-то мимоходом.))

Пы.Сы. Но,да. Видеть тоже рад.))))

Пы.Пы.Сы.................Ахиреть!!! У меня 11000 сообщение и ни одного балла предупреждений!)))))...............Старею))

Share this post


Link to post
Share on other sites
Sign in to follow this  

  • Recently Browsing   0 members

    No registered users viewing this page.

×
×
  • Create New...